Neivid (neivid) wrote,
Neivid
neivid

Category:

Альбом. Чертов кофе

Когда он побрился наголо, я испугалась. Думала, заболел. И растолстел как-то разом, хотя больные толстеют иначе. Не опух, а именно заматерел. Был тонкий воздушный мальчик, Тициан, Леонардо, черные кудри, глаза газели, а стал качок, плечи шире окна. И челюсть эта, раньше у него не было челюсти вроде такой? Не знаю, не помню. Я кофе просила, он сварил и широко улыбнулся, лет двадцать пять от силы, выше меня на две головы, и глаза, Тициан, Леонардо, крылья, не знаю, пальцы тонкие, кудри, брови, волхвы.

Я там кофе все время пила, он мне его варил, кудри, брови, пальцы, глаза. Узнавать меня начал, здоровался, улыбался, ямочки на щеках. Шея тонкая как у птенца, в жестах гуляет свободный ветер, кофе хороший и мальчик хороший, а больше не было ничего.

А потом исчез. Я заходила, кофе варит девица в наушниках, жует резинку, пританцовывает на месте, тыц-тыдыц. И что тут спросишь? Извините, где мои Леонардо и Тициан? У них заведение называется «Чертов кофе», и музыку они ставят примерно такую же, какой Тициан. Я все равно ходила, мне кофе надо где-нибудь пить.

И тут выходит! Шея – как у быка. Голова побрита, челюсть навыкат, грудь колесом. Футболка обтягивает рельефно. Привет, говорит. Улыбается, ямочки да глаза. Я растерялась, смотрю неловко. Но ведь не спросишь. Извините, где ваша тонкая шея и ломкий голос? Голос тоже заматерел. Всего-то месяц прошел. А может, два.

Ясно: он гомосексуалист. Влюбился в друга, был осмеян, пытался повеситься, вынули из петли. И, чтобы покончить с прошлым, уехал в джунгли. Побрился, начал качаться («если я не нужен ему такой, я и себе не нужен»), выздоровел, посвежел. Вернулся, нашел себе друга, тот бармен в соседнем баре. Серые глаза, бородка, костистый нос, тоже из этих, Тициан, Леонардо, вот где теперь гуляет свободный ветер, а мой не внакладе, его там любят, он варит им кофе на всех.

Или иначе. Он был в подполье. Шпион, диверсант. Задание было – сойти за студента, творческий образ, немного грима. Волосы не свои, парик. Ходил на лекции по филологии, писал конспекты летящим почерком, сошелся с хорошенькой дочкой промышленного магната, втерся в доверие, пытался украсть секретные чертежи. Был пойман, избит и заперт, ушел сквозь решетку, сбежал, лечился, побрили, отъелся, уволили за провал. Теперь подрабатывает в кафе, где раньше мелькал исключительно ради легенды. А девушка? Девушка не ушла. Вон сидит, за столиком у окна, хорошенькая, деловая, читает журнал «Бизнесмен».

А как же я? Мне не жалко, хоть бармен, хоть дочка магната, но где мои кудри, разлет и брови, где мои крылья, какого черта. Я пью свой кофе, и вдруг заходит. Худой, веселый, кивает сходу. И тоже к стойке. А как же этот, шея как у быка? Стоит, не думает исчезать. Я смотрю в упор, они ведь даже и не похожи, оба высокие, оба темноволосы, ничего больше, черт, черт, где были мои глаза.
Subscribe

  • Расскажи сыну своему

    Время вокруг осенних еврейских праздников еще называют «ужасные дни». У этого есть глубокие философские причины, но, если использовать слово «ужас» в…

  • "Старые и новые сказки" в Хайфе

    И тут я сообразила, что в ЖЖ об этом еще ничего не писала... Я сделала новую программу, под названием "Старые и новые сказки", по-прежнему с…

  • Их бин геки́мен

    Мой папа, Яков Григорьевич Райхер, урожденный Спиридонов, родился на чердаке. Его родители Райхеры, урожденные Спиридоновы, многое потеряли в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 37 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Расскажи сыну своему

    Время вокруг осенних еврейских праздников еще называют «ужасные дни». У этого есть глубокие философские причины, но, если использовать слово «ужас» в…

  • "Старые и новые сказки" в Хайфе

    И тут я сообразила, что в ЖЖ об этом еще ничего не писала... Я сделала новую программу, под названием "Старые и новые сказки", по-прежнему с…

  • Их бин геки́мен

    Мой папа, Яков Григорьевич Райхер, урожденный Спиридонов, родился на чердаке. Его родители Райхеры, урожденные Спиридоновы, многое потеряли в…