Neivid (neivid) wrote,
Neivid
neivid

Category:

Бим один

Бим выходит из дома и идет к песочнице. Песочница занята неважными людьми: в ней сидят белобрысые сестры-погодки Эстер и Нати и возится годовалый Булка. По-настоящему Булку зовут Авраам Даниэль. Бима по-настоящему зовут Арье, в переводе с иврита на русский это означает "Лев".

Неважные люди копаются в песочнице и не замечают Бима. Он подходит к бортику, касается его носком кроссовки и говорит:
- Моё.
Поворачивает голову, кивает на деревья вокруг и повторяет:
- Тоже моё.
Поднимает руку и указывает на висящие в тени деревьев качели:
- Мои.

Эстер и Нати смотрят на него с восхищением. Булка жуёт песок.
- И качели твои? - спрашивает Нати.
- Мои, - подтверждает Бим.
- А карусель? - поднимает голову Эстер.
- И карусель моя. И вторая, желто-красная, тоже. И вообще всё тут. Всё моё.
- Но Бим, - с восхищением протестует Эстер, - так же нельзя?
- Я не Бим. Я лев.

Бим разворачивается и идет к дому. Эстер шепчет что-то на ухо Нати за его спиной.

Дома отец собирает чемодан. Это старый коричневый чемодан, отец всегда уезжает с ним.
- Бим, что тебе привезти из Америки?
Бим не отвечает. Он проходит мимо и идет в свою комнату. С утра он построил на полу высокую башню из кубиков. Башня называется "Америка". Бим берет в руку клетчатый тапок и, прицелившись, бросает его в башню. Америка разбивается на отдельные кубики и раскатывается по комнате.

В комнату заходит мама и видит остатки Америки на полу.

- Ну что это такое, - говорит она, - опять ты тут все завалил. Убери немедленно. Я отвезу папу в аэропорт, заеду за продуктами и вернусь. Бим, ты понял?
- Я не Бим. Я лев.
- Ты понял? - мама повышает голос.
Бим залезает под кровать и делает вид, что достает оттуда кубики.
- Бим, иди прощаться! - зовет отец из коридора.

Кубики под кроватью лежат тесной кучкой, будто их напугали. А вообще, под кроватью интересно. Там обнаруживается второй клетчатый тапок, пара бордовых перчаток и свисток. Бим берет свисток в рот и свистит из-под кровати: один короткий свисток, один длинный, три коротких.

- Ну всё, - говорит отец в коридоре, - он уже не выйдет. Бог с ним, поехали. Мы опоздаем.

Бим слышит, как захлопывается дверь. Он вынимает свисток изо рта и рассматривает его. Сбоку на нем откололся кусочек краски, но в целом это отличный свисток.

- Моё, - удовлетворенно говорит Бим и зашвыривает свисток глубоко под кровать.

* * *
Утро как обычно. Завтрак, рюкзак, детский сад, днем домой. Мама на работе, отец в Америке, которую Бим вчера разрушил. Ключ от дома висит на шнурке. Бим не спешит домой, у него есть ватрушка с клубничным вареньем. Он откусывает от ватрушки большой кусок и направляется к песочнице. Варенье сладко липнет к языку.
- Моя, - кивает Бим на песочницу и милостиво улыбается всем, кто в ней сидит.

Через две недели отец возвращается и привозит самолет. Это практически настоящий самолет, только маленький. Он даже может летать, в нем есть мотор. Бим размахивается и заставляет самолет лететь не от действия мотора, а от силы руки. Самолёт долетает до стены и разбивается.
- Крушение, - комментирует Бим, слышит мамины шаги и лезет под кровать.

- Он опять сломал твой подарок, - говорит мама отцу за поздним ужином. Бим уже спит.
Отец читает газету.
- Сломал, говорю. Твой подарок, - мама начинает раздражаться.
- Ну и что? - удивляется отец. Он всегда удивляется, когда мама начинает раздражаться.
- Деньги, - отчетливо произносит мама. - Уважение. Труд, в конце концов.
- Чей? - удивляется отец.
- Тех, кто делал самолет!
- Ладно тебе. Я когда был маленький, тоже все ломал.
Мама наливает себе чай и отставляет в сторону чайник.
- Тебе вечно "ладно". А ребенок растет варваром.
- Ну так накажи его, - пожимает плечами отец и переворачивает газетную страницу.

Мама заходит в комнату, где Бим лежит на полу и строит башню.

- Эй, косматый варвар. Сегодня ты не пойдешь гулять, - говорит мама. - И завтра тоже, и послезавтра. Будешь три дня сидеть дома за то, что нарочно сломал папин подарок.
Бим строит башню.
- Бим, ты меня понял?
- Я не Бим. Я лев.
Мама сдвигает брови.
- Три дня, лев. Ни гулять, ни на улицу вообще. Сиди дома.
Бим ставит последний кубик на пирамиду.
- Ладно.

Вечером мама жалуется отцу.
- Хоть бы выражение лица изменилось. Хоть бы сказал что-нибудь. Так нет, "ладно" и всё.
- Ладно и что? - не понимает отец. Он слушает радио.
- Три дня, говорю, не пойдешь гулять. А он отвечает "ладно".
- А что ему еще отвечать? - удивляется отец и выключает радио. - Прогладишь мне брюки?

Бим подходит к отцу, который собирает чемодан. Отец берет его за плечо и трясет легонько.
- Лев, а лев, - смеется отец, - ты чего такой сердитый лев?
- Р-р-р, - говорит Бим и бодает отца головой. Отец делает вид, что испугался.
- Ай, - говорит он. - На меня напал страшный ужасный лев. Что мне делать?
- Сдаваться! - заявляет Бим и добавляет, - р-р-р!
- Сдаюсь, - соглашается отец и возвращается к чемодану. - Что тебе привезти?
Бим дергает плечом. Потом обходит отца со спины, осторожно тычет пальцем ему в спину и говорит тихонько:
- Моё.
Мама приносит глаженые брюки, отец берет их и уходит в комнату переодеваться. Бим идет за ним. В комнате он смотрит, как отец аккуратно заправляет в брюки рубашку, а потом продевает и застегивает ремень.
- Может, надо было перерезать ремень? - думает Бим, вспоминая, как в прошлый раз прокрутил отверткой дырку в чемодане.
Отец улыбается.
- О чем задумался, лев? О том, как еще мне навредить?
Он ерошит Биму волосы и несильно дергает за челку.
- Ну, ты. Вредитель. Это потом проходит, я тоже таким в детстве был. Все раскручивал и развинчивал. Никакого спасу не было от меня.
- Оно и видно, - говорит мама.

* * *
Через три дня Бим выходит во двор. Во дворе мало что изменилось: песочница по-прежнему на месте, качели тоже. В песочнице сидят Эстер, Нати, Булка и смуглый Ами Абу-Хацира . На качелях изо всех сил раскачивается какая-то незнакомая девочка. Бим идет и привычно обводит двор рукой:
- Моё.
Из песочницы ему улыбается Нати. У неё недавно выпали два передних зуба. Бим разворачивается и машет в сторону деревьев в конце двора:
- Мои.
Возвращает свой взгляд к песочнице и уточняет, пнув ногой бортик:
- Моя.
- Нет, моя! - раздается за его спиной.
Бим оборачивается и видит незнакомую девочку, слезающую с качелей. Девочка явно не поняла, о чем ей сказали.
- Моё, - сообщает Бим терпеливо и не раздражаясь.
- Моё, - поправляет его девочка и подходит ближе.
Бим удивляется.
- Моё, - говорит он. - Это всё - моё. Песочница моя, качели мои, эти там... - Бим кивает на детей в песочнице, - эти тоже мои.
- Нет, - девочка качает головой. - Нет. Не твои. Мои. Эти там - мои. И качели тоже. Всё моё.
Бим топает ногой.
- Нет! Моё!
Девочка пожимает плечами.
- Нет. Моё.
Эстер строит замок из песка и ракушек. Ами ковыряет в носу, Булка сыплет песок себе в карман. Нати смотрит на Бима.
- Моё! - кричит Бим и сжимает кулаки. - Моё, моё, моё!
- Нет, - возражает девочка. - Нет. Нет. Нет.

Девочек бить нельзя. Эта девочка не очень настоящая, у неё мальчишеские шорты, майка с капюшоном и совсем короткие кудрявые волосы, но она девочка. "Мое, мое", повторяет ненастоящая девочка, а Бим сжимает кулаки и сдерживается. Он так сильно сдерживается, что из глаз начинают катиться слезы.

- Плакса, - заявляет незнакомая девочка с кудрявыми волосами и уходит, подпрыгивая. На спине у неё подпрыгивает капюшон.
- С капюшоном, как маленькая, - говорит Бим сквозь слезы и смотрит, как отреагирует народ. Народ особо не реагирует.
- Моё, - осторожно говорит Бим, выпячивая подбородок в сторону песочницы.
- Не твоё, - отвечает Эстер, которая на год старше Нати. - Она же сказала - её.
Слезы перестают удерживаться у Бима в глазах и начинают капать. Булка смеется. Он нашел в песке серебряную бумажку от шоколада и теперь восторженно ищет в ней шоколад.

* * *
Бим в пижаме стоит на полу босиком и выбрасывает вещи из шкафа на пол. На полу уже лежит папин свитер, несколько пар трусов, рубашка и две футболки. А от Бима из шкафа торчат только локти.
Заходит мама. Она устала.
- Вечер, Бим, - говорит она, - пора спать.
- Сейчас, сейчас, - пыхтит Бим, высовываясь из шкафа, - я уже скоро. Я папины подарки ищу.
- С чего это вдруг? - мама снимает обувь, садится на диван и вытягивает ноги.
- Да мне тут, - отмахивается Бим, - в общем, надо.
- Надо ему. Сначала они ему не нужны, потом он их ломает, а теперь ему "надо". Положи на место, лев.
Но Бим уже нашел. Яркие леденцы в виде Микки-Маусов, конфеты с сюрпризом, шоколадки в переливающихся обертках, пушистые игрушки и даже кукла. Бим сгребает все это в кучу и тащит к себе.
- А убрать? - кричит ему мама в спину, но он не слышит. Он сбрасывает игрушки на ковер, валится на кровать и уже спит.

Днем после детского сада Бим ждёт ту девочку. Девочка приходит, залезает на качели и начинает раскачиваться.
- Моё! - кричит она, раскачиваясь, и чем выше взлетают качели, тем громче она кричит, - моё, моё, моё!
Бим подходит к качелям и терпеливо ждет, пока они остановятся. Девочка замечает его и раскачивается еще сильней. Бим молчит. Через какое-то время девочка останавливается. У Бима в руках блестящий леденец в виде головы Микки-Мауса, а с леденца свешивается брелок - серебряный колокольчик.
- На, - говорит Бим и протягивает девочке леденец. Колокольчик негромко звенит.
- Моё? - недоверчиво переспрашивает девочка и берет леденец. Бим разворачивается и уходит.

На следующий день Бим гуляет с длинной конфетой в кармане. Он молча отдает конфету девочке, а потом долго качается на качелях, время от времени делая "солнышко". Вечером он видит, как девочка указывает на него своей маме. В руке у девочки конфета.

Через неделю девочка подходит к Биму и вопросительно смотрит на него.
- Конфеты кончились, - разводит руками Бим и для достоверности выворачивает карманы: всё, нету. Девочка кивает, но не уходит.
- Бим, научи меня так раскачиваться! - просит она.
- Я не Бим. Я лев.
- А я Яэль. Там, где мы жили раньше, у меня были свои качели. Но не такие, другие. На них нельзя было сделать "солнышко".
- А где ты жила раньше?
- В белом доме. Не таком, как здесь. В Раанане.
- В Раанане нет хороших качелей?
Девочка Яэль сердится и топает ногой.
- В Раанане все есть.
Бим наклоняется к ней и тихо говорит на ухо:
- Я тебе не все карманы показал. У меня еще один есть, на коленке. Смотри.
Из кармана на коленке он достает лохматого плюшевого львенка. Яэль смотрит на львенка с интересом.
- На, - говорит Бим, отдавая ей львенка. - Возьми.
- Спасибо, - отвечает Яэль. Бим оглядывает её и говорит:
- Ты - ёлка.
- Почему ёлка?
- Потому что Яэль. Яэль - я ель. Ты ёлка.
- Я не ёлка, - сердится Яэль, - я человек!
- Человек, - не спорит Бим. - Просто ты такой человек, который ёлка.
Яэль пожимает плечами и отходит от него на несколько шагов.
- Эй, Ёлка, - кричит Бим.
Яэль оборачивается.
- Чего тебе?
- Пока! - кричит Бим.
- Пока, лев! - кричит Ёлка. - Я завтра опять приду!

Бим оборачивается к Эстер и Нати и говорит, показывая на пальцем на уходящую Яэль:
- Моё.

Эстер что-то шепчет на ухо Нати. Нати смеется её словам и становится видно, что за вчерашний день у неё выпал еще один зуб.
Subscribe

  • Расскажи сыну своему

    Время вокруг осенних еврейских праздников еще называют «ужасные дни». У этого есть глубокие философские причины, но, если использовать слово «ужас» в…

  • "Старые и новые сказки" в Хайфе

    И тут я сообразила, что в ЖЖ об этом еще ничего не писала... Я сделала новую программу, под названием "Старые и новые сказки", по-прежнему с…

  • Их бин геки́мен

    Мой папа, Яков Григорьевич Райхер, урожденный Спиридонов, родился на чердаке. Его родители Райхеры, урожденные Спиридоновы, многое потеряли в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 88 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Расскажи сыну своему

    Время вокруг осенних еврейских праздников еще называют «ужасные дни». У этого есть глубокие философские причины, но, если использовать слово «ужас» в…

  • "Старые и новые сказки" в Хайфе

    И тут я сообразила, что в ЖЖ об этом еще ничего не писала... Я сделала новую программу, под названием "Старые и новые сказки", по-прежнему с…

  • Их бин геки́мен

    Мой папа, Яков Григорьевич Райхер, урожденный Спиридонов, родился на чердаке. Его родители Райхеры, урожденные Спиридоновы, многое потеряли в…