February 11th, 2004

спокойный

Шар и куб в эпоху перемен

Эммануил Есверкаев и друг его Абрам Пушистый - не два сапога пара. Они вообще не пара, Есверкаев и друг его Пушистый, и это хорошо, потому что будь они парой, они бы друг друга убили.

Есверкаев - человек эмоциональный, он всё принимает всерьёз и всегда волнуется. О ужас, просыпается с утра Есверкаев, мне приснилась черная гиена, к чему бы это? Вот кошмар, читает он же газету днём, опять эпидемия холеры на Багамах, что делать будем? Боже мой, расстраивается вслед за этим вечером, похолодание намечается, а ну замёрзнем?

Важно отметить, что Эммануил Есверкаев не врёт и не притворяется. Просто вот так он воспринимает жизнь - нервно. При этом является не то что бы пессимистом, но, скажем так, отрицательным реалистом. Верит в благополучный исход, но через максимальные неприятности. Верит вообще во всё хорошее, но убеждён абсолютно во всём плохом. Неспокойно ему жить, Есверкаеву. Неладно. То тут зудит, то там ноет, где-то горит, чем-то пахнет, огня без дыма, дыма без огня - ой, что будет, что будет, нервничает Есверкаев, и сетует параллельно: и почему это всё неприятное постоянно валится именно на меня??

Абрам Пушистый - человек спокойный. То есть он вообще спокойный, сам по себе, но при виде друга своего Есверкаева Абрам Пушистый просто цепенеет в своём спокойствии. Во-первых, потому, что по природе своей является спорщиком и при любом разговоре автоматически занимает позицию, противоположную высказываемой собеседником. Во-вторых, потому, что вы бы тоже оцепенели при виде Есверкаева. Когда человек от всего приходит в ужас, очень хочется в ответ пожать плечами. Даже не будучи Пушистым, хочется. А уж будучи - тем паче.

В обычной-то жизни Пушистый довольно адекватен и - не скроем - есть, есть вещи, способные привести его в волнение. Еще как есть. Но на фоне друга свего Есверкаева Пушистый начинает пожимать плечами еще до того, как Есверкаев начинает говорить. Просто из чувства противоречия. Такой уж у Пушистого характер.

И разговаривают они подолгу-подолгу, но всё как будто об одном и том же:

- Ты читал? Нет, ты читал? Надо теперь всю воду кипятить обязательно, в ней плавает вирус куриного гриппа, это очень опасно, Абраша, очень!
- Да ну, подумаешь, вирус куриного гриппа, пусть его куры боятся, а нам-то что?
- Я слышал - да ты не морщись, послушай! - я слышал, что через два месяца все цены поднимутся вшестеро, поэтому надо заранее закупиться продуктами! Желательно до будущего года включительно!
- Да ладно, вшестеро, максимум - вчетверо, и не такое переживали, переживём, фигня с ушами.
- Ну, тебе виднее... А вот про теракты эти я вообще думать не могу, ты знаешь, я и на транспорте ни на каком больше не езжу, всюду пешком, только пешком, оно и для здоровья полезнее, и целей будешь, ты только подумай, какой это в наше время риск - сесть в автобус!
- Да ладно риск, всюду риск, улицу переходить в наше время - не риск? Электричество включать - не риск? Телевизоры слышал сколько раз взрывались, чаще, чем автобусы - так ты же телевизор всё равно смотришь!
- Не говори глупостей, Абрам, причем здесь телевизор. Говорю же тебе - опасно это всё, очень опасно.
- Жить вообще опасно, Эма, от этого умирают.
- Ой ты скажешь, ну ты скажешь, зачем об этом говорить, о смерти-то, зачем?
- А что, если не говорить, то никто не умрёт? Вот ты, Эма, допустим - не умрёшь?

Эма Есверкаев молчит. В глубине души он уверен, что и правда не умрёт. Но сказать об этом другу своему Пушистому Эме неудобно, потому что ведь друг-то его Пушистый, скорее всего, умрёт! При его-то беспечности. И что тогда делать?

- Да ладно тебе о глупостях, - машет рукой Есверкаев, - послушай лучше анекдот. Приходит Черепашка Ниндзя к Бэтмену, и говорит "ты знаешь, этот козёл Шерлок Холмс..."

В этот момент земля под рассказчиком и слушателем начинает шататься, и шкаф у стены медленно отъезжает от своей стены к стене противоположной.

- Оооо, - кричит Есверкаев, вращая очами, - да это же землятресение, блин, твою раз, твою два, Абрам, что делать, Абрам?
- А чего делать? - удивляется Пушистый, не поднимаясь с кресла, - что тут сделаешь? Ну, землятресение. Бывает. Сейчас пошатает и перестанет.

Пошатав, действительно перестаёт. Пошли на улицу, командует Есверкаев, быстро, а то у нас тут шестиэтажный дом, а ну как еще волна будет? Накроет нафиг всех, как пить дать!
Да зачем на улицу, пожимает плечами Пушистый, не будет никакой еще волны, уже одна была и хватит, тут же не море, чтобы волна за волной шла!

Есверкаев убегает на улицу: ждать волны. Пушистый дремлет в кресле и видит сон. Во сне он и его друг Эма Есверкаев, пережив-таки все свои земные напасти, отделяются вдвоём от тел своих грешных и летят бок о бок в холодном небе. Над ними сияет спокойное, как Пушистый, солнце, а внизу изо всех сил крутится и подскакивает нервная, как Есверкаев, земля.
- Ну что, Есверкаев, понял теперь? - спрашивает Солнце и щурится мягко.
- Ну что, Пушистый, будешь знать? - интересуется Земля и подпрыгивает, подпрыгивает.

Пушистый просыпается от стука двери: это Есверкаев вернулся, не дождавшись новой волны.
- Всё, - говорит, - я уже сорок минут во дворе простоял, замёрз, не могу больше.
- А зачем стоял тогда? - удивляется Пушистый, - ведь новая волна-то может в любую секунду возникнуть! Вот хоть сейчас! А ты - здесь! И сколько бы ты ни простоял, волна всё равно может придти туда, куда ты, наконец, вернулся!

Есверкаев замирает, поражённый этой незатейливой мыслью.
- И что же мне делать? - спрашивает, недовольный. - Во дворе жить? Холодно там!
- Зачем во дворе? - удивляется Пушистый, - живи где хочешь. Ведь всё равно, где бы ты ни жил, там может что-нибудь произойти! Для чего же жить во дворе? Холодно там!
- А что будет, если то, что произойдет, произойдёт именно там, где я в тот момент нахожусь? - пугается Есверкаев.
- А зачем ему происходить там, где ты в тот момент находишься, - хмыкает Пушистый, пусть оно лучше происходит там, откуда ты как раз в тот момент ушел. И всё.
- Действительно, всё, - задумчиво произносит Есверкаев, и высовывается из окна. В холодном дворе уже никого нет, только валяется чей-то сломанный велосипед. Ну вот пусть там и происходит, успокаивает себя Есверкаев, уходя на кухню за кофе, я как раз оттуда только что ушел. И все ушли. Вот пусть там и...

В этот момент раздаётся сильный "бум!" и стекла в окнах начинают дрожать мелко. Есверкаев забывает про кофе и кидается к окну, Пушистый у окна и сидит, ему кидаться некуда. Во дворе, подмяв под себя сломанный велосипед, лежит свалившийся с неба, что ли, огромный взорвавшийся телевизор. Над ним медленно расходится облачко вируса куриного гриппа.

Ах, падает в обморок Есверкаев, вот видишь, а я там только что был!
Ну да, кивает, закуривая, Пушистый, но теперь-то ты оттуда ушел?
А если в следующий раз, интересуется из обморока Есверкаев, я не успею уйти?
А ты успей, затягивается сигаретой Пушистый, а ты успей.

Так они и спорят, не замечая, что и день прошел, и другой. Над ними насмешливо кружится спокойное, как Пушистый, солнце, а под ними бойким кубиком вертится подвижная, как Есверкаев, земля. На одной из её граней затейники Пушистый с Есверкаевым когда-то нарисовали корову. Просто так. Теперь корова медленно кружится вместе со всей землей и, когда на её грань падает луч от солнца, улыбается всеми пятью глазами и кокетиво поводит своим темно-синим бархатистым крылом. Когда землю трясёт, кажется, что корова пляшет.
  • Current Mood
    weird weird