Neivid (neivid) wrote,
Neivid
neivid

Categories:
  • Mood:
  • Music:

Памяти Слона и кольца Соломона

Так. А теперь все прекратят обсуждать свои мелкие несущественные проблемы, и займутся моими Глубокими и Ужасными Трагедиями. Эта фраза уже года три как живёт у нас дома, и порой мне хочется произносить её без мысленных кавычек. Вот сегодня, например - хочется. Нет-нет, все живы, все на своих местах и относительно здоровы, Глубокие и Ужасные Трагедии касаются другого. Но произнести их без кавычек - хочется. Произношу.



Начнём со сна, хотя сон напрямую к Глубокому и Ужасному не относится. Но я начну именно с него, потому что сей текст имеет вполне авто-терапевтическое значение, посему я вольна начинать с чего угодно. Кроме того, начинать сразу с Глубокого и Ужасного вредно для пищеварения. Глубокое и Ужасное, оно и вообще-то неполезно. Но тут уж нам не выбирать.

Несколько дней назад мне приснилось, что я - маленький мальчик в Африке, в какой-то деревне. И из нашей деревни уходят слоны. Нет, не так. Из нашей деревни Уходят Слоны. Это не счастье и не несчастье, это как бы нормальный такой процесс, что раз в какое-то время все Слоны нашей деревни просто берут и из неё уходят, но процесс это очень торжественный и почти эпохальный. На моей маленькой мальчиковой памяти этого не случалось ни разу, а теперь вот - случилось. И я стою на широченной такой пыльной дороге, с двух сторон от меня поднимаются толстые пальмы, поднимаются, почти закрывая небо, а дорога - широченная и бесконечная, и ведёт она куда-то за горизонт, и по ней огромным стадом Уходят Слоны. Слонов много, очень много. Я вижу только их уходящие серые спины, качающиеся хвосты и толстые ноги, они топают в ровном ритме, и земля гудит, и слоны уходят. Их нельзя остановить, их нельзя задержать, с ними нельзя сделать вообще ничего. Они уходят навсегда. Они уходят, а я стою, маленький полуголый африканский мальчик, я молчу и гляжу им вслед, и понимаю, что больше всего на свете мне хотелось бы бросить всё и пойти с ними.

А наяву мне в данный момент моей жизни ближе не слон, а зебра. Ну, помните тот анекдот насчет черная полоса белая полоса черная полоса белая полоса черная полоса, а дальше - сами понимаете что? Я, вообще-то, оптимист. То есть я не считаю, что после черной полосы будет сами понимаете что, я считаю, что если после черной полосы что и будет, типа бонуса для выживших, то это - явно полоса белая. Только до неё надо дожить, раз, и желательно с удовольствием, два. Насчет дожить пока, тьфу-тьфу-тьфу, проблемы нет, а вот что касается удовольствия, тут сложнее.

Слоны во сне, как я теперь понимаю, были не случайны. Слоном звали нашу машину. Нашу милую, кошмарную, старую, верную и по всем статьям никуда не годящуюся машину, которая честно возила нас по городам и весям в течение последних лет. Слон был породы Фольксваген-Пассат, стейшн, с таким большим багажником, белый (когда мытый) или нежно-грязный (в остальное время). Слон кушал из нашего семейного бюджета больше, чем все остальные члены семьи, но мы это терпели. Слон ломался на каждом повороте и чинился в каждом гараже по дороге, но мы его любили. На починку Слона уходили не просто все деньги из имеющихся, а вообще, кажется, все деньги. Но без машины на территориях сложновато, нет, можно, конечно, всё можно, можно и зайца научить курить, но сложновато. Особенно с ребёнком. Особенно если бабушка, с этим ребёнком сидящая в рабочие дни, живёт в Иерусалиме. Особенно если еще концерты, куда надо доехать вовремя, с гитарой, дисками и проч. Нет, говорю же, можно, всё можно. Еще ни один человек не умер от того, что у него нет машины, даже если он при этом живёт на территориях, имеет ребёнка и где-то там периодически поёт. Нет, не умер. Человек - не умер. Умер Слон.

Сначала Слон начал болеть. То есть болел Слон всегда, мы с этим жили, с тем, что Слон болеет и ему периодически (часто) нужен доктор (за деньги) (за большие деньги) (за очень большие деньги) (интересно, остановлюсь ли я когда-нибудь?) (не факт) (нет, все-таки остановюсь) (вот!). Мы привыкли к безумным тратам на здоровье Слона, как привыкают к горным обвалам жители горных деревень. Мы точно знали, что другой машины у нас не будет - бо даром машины еще никто нигде не раздаёт, а за деньги машину мы уже купили. Причем два раза. Первую мы купили и разбили через три недели после того, как купили. Нас занесло на пролитом масле (Аннушка?) на дороге возле Хеврона, раскрутило и шибануло так, что от забора с одной стороны дороги остались щепки, от столба с другой - колья, а от машины - один салон. В этом салоне сидели мы. Я к тому моменту была уже беременна, но об этом еще не знала. Через неделю после печального происшествия мы собрались с духом, поскребли по сусекам и купили Слона.

Со Слоном, так или иначе, подтягивая пояс на каждом повороте, но весело при этом блея и припрыгивая, мы прожили три с половиной года. В данный период нашей жизни - пока я не работаю, а вовсю ищу работу, что есть процесс невыносимо увлекательный, но, к сожалению, денег не дающий - наше блеянье и припрыгивание начало носить явные отпечатки невыносимой легкости бытия. Ладно, что деньги, деньги будут. Но в очередной раз сломался Слон. Слон сломался серьёзно, его надо было чинить на большую сумму в Эн шекелей, которую мы, подтянув ВСЕ пояса, сколько было, выложили. После чего выяснилось, что всё гораздо хуже, и что на эту сумму его уже починили, но при этом он остался неработающим, и нужна ЕЩЕ РАЗ такая же сумма (а суммы все - четырёхзначные, не какие-нибудь), чтобы он всё-таки заработал. То есть можно ограничиться той Ужасно Большой Суммой, и забрать как-нибудь на руках неподвижного Слона. Или доплатить еще одну Ужасно Большую Сумму, и тогда Слон поедет. Мы посовещались, поскребли в затылках (в сусеках можно было уже не скрести, оттуда всё уже было выскреблено) и решили, что надо чинить, потому что машина нужна, а деньги всё равно уже выложены. Мы наступили на горло собственным принципам, заняли денег у друзей и выкупили починенного Слона из плена.

После чего, ровно через три недели (мистический это какой-то срок в нашем машиновладении), Слон сломался опять. На этот раз капитально. У него умер двигатель, и еще пара нужных частей тела, и все в один голос сошлись на том, что починить это всё будет стоить таких денег (которых уже и так нет, поэтому вопрос не стоит), каких стоит купить двух новых Слонов. Поэтому чинить ничего не надо. А можно продать на запчасти. Что, безусловно, во много-много раз меньше, чем... Чем всё. Но всё-таки.

Ладно. Мы остались без машины, отсидели положеный траур и продали на запчасти остатки бренного тела Слона. То, что еще хрен знает сколько времени мы будем возвращать долги за его последний ремонт - это отдельная песня. Выручка за запчасти куда меньше, чем сумма долга. Но радости наши на этом не кончились, а, как выяснилось, только начались.

Потому что сегодня Дима пошёл гулять с Мусей. Он собирался по дороге зайти в магазин, купить там продукты на субботу, затем выгулять дитя на детской площадке и пойти домой. Чтобы купить продукты, он взял с собой бумажник. Где - так уж вышло - лежала вся наличная выручка за бедного проданного Слона. Где-то половина от общей суммы. Бумажник он, гуляя на площадке, положил на скамейку. Где - приз за догадливость всем читающим - и оставил, уходя с площадки. Минут на двадцать, потом спохватился и прибежал. Бумажника не было. Впрочем, это-то было не страшно, потому что ему тут же позвонили домой (в бумажнике лежали все документы, так что данные были) и сказали, что пусть приходит забрать свой бумажник. Он пришёл и забрал. Но бумажник оказался уже без денег.

Бумажник красивый, да. Это я его Диме когда-то подарила. Так что очень хорошо, что бумажник нашёлся. И карточки там все, кредитные, паспорт, права водительские, тоже всё нашлось, что тоже прекрасно. Так что можно радоваться. Правда, радоваться мне пока несколько затруднительно. Но я стараюсь.

А теперь следите за рукой. При всём при этом мы вот уже две недели как болеем всей семьёй, явно подцепив какой-то сложносочиненный вирус, который знаменит тем, что не проходит никогда. Мы умудрились заразить им даже нашу морозоустойчивую Мусю, превратившуюся в конвейер по производствую соплей. Но Мусе-то что, она сопит и прыгает себе, Диме хуже - он хрипит и кашляет, а я почему-то валяюсь в каком-то полном загоне от здоровья. То есть у меня одновременно температура, озноб, кашель, насморк и тошнота. При чем тут тошнота, я не понимаю. Видимо, это аллергия. Видимо, на жизнь.

В таком вот зашибенно весёлом виде сидим сегодня днём дома. Дима как раз пришёл с начисто облегченным бумажником, он хрипит и кашляет одновременно. Таким мрачным я его давно не видела - нелегко ему в данной ситуации радоваться. Я тоже радуюсь по мере сил, преимущественно лёжа, но не очень, потому что я-то бы полежала, но Муся скачет и хочет. Чего хочет, не очень понятно, но всё время чего-то разного. В какой-то момент она заигрывается и метким броском сталкивает с обеденного стола стоящий на нём поднос. На подносе случайно оказывается Димина новая, но уже очень любимая, чашка, которую ему подарили на день рождения. Чашка летит на пол и раскалывается на мелкие понятно что. Муся сморщивается и начинает рыдать, потому что она очень не любит, когда что-то разбивается. Я её понимаю, я тоже не люблю. Но когда человека десять раз предупреждали, что ЭТУ чашку трогать не надо, потому что она тяжелая и бьётся, а рядом со столом прыгать нельзя, потому что с него обязательно что-нибудь упадёт, надо было слушать ушами, а не попой. Поэтому я выражаю Мусе максимальное недовольство (то есть в третий что ли раз за всю нашу общую жизнь банальнейшим образом её отругиваю), пока не замечаю, что с ребёнка льётся кровь. Это она пыталась, пока никто еще не подбежал, ручками собрать осколки...

Дальшейшая картина маслом скорее печальна, чем смешна. Кашляющий Дима с лицом убийцы промывает Мусе руку перекисью и заклеивает рану пластырем, причем Муся отчаяно рыдает, а я ассистирую, перемежая нервные упрёки и хриплые ласковые слова. Потом я с Мусей на руках брожу по салону, она выплакивает в меня остатки огорчения, а Дима тем временем собирает пылесосом осколки своей любимой чашки с пола, стола и вообще отовсюду. Потом Муся утыкается в меня, вытянув над головой Руку в Пластыре, и засыпает, сопя абсолютно сопливым носом. Потом я засыпаю тоже, потому что когда столько огорчений, нужно просто лечь и уснуть, иначе еще что-нибудь произойдёт. Извини, девочка, не твой сегодня день, ехидно говорит Дима зеркалу, а я киваю из полусна, точно зная, что в моей жизни бывали дни и получше.

А потом я опять вижу тот сон, про слонов. Но я уже знаю, к чему он, поэтому смотрю его меньше с любопытством и больше с грустью. Из моей деревни огромным стадом неотвратимо и гулко уходят Слоны. Я стою на дороге и гляжу на тяжелые серые спины, перед моими глазами качаются дорога, пальмы и чей-то хвост, я - полуголый мальчик из африканской деревни, я не могу остановить Слонов и ничему не могу помешать, я просто стою и смотрю, как Слоны уходят. Они уходят туда, где иначе, чем здесь, они уходят туда, где им будет хорошо и спокойно, они уходят, как уходит всё, и так же, как всё, они знают, куда идут. Они уходят потому, что всё проходит, даже Слоны, и каждый завтрашний день будет другим, чем сегодня, и в любой из наших бессмертных жизней черное не единожды сменится белым, и еще десять раз переменится ветер, и я это помню. Но Слоны уходят, а я стою. Я стою и молча смотрю им вслед, и точно знаю, что больше всего на свете мне сейчас хотелось бы бросить всё и уйти с ними.
Subscribe

  • 22.03.2021

    Когда Муся еще была на командирских курсах, на их лагерь в пустыне напали бедуины. Зачем напали? А они воруют рюкзаки. Зачем воруют? Ну не знаю,…

  • Красим стену в бело-голубой

    Этим летом Мусю призвали в армию. Ей предстояло окончить курс молодого бойца, затем — командирские курсы, и отправиться командовать такими же…

  • ...не поговорили

    Русалочка, конечно, оказалась та еще птица, Но никто почему-то не вспоминает про принца! Пора было остепениться будущему королю - и тут он влюбился…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 82 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • 22.03.2021

    Когда Муся еще была на командирских курсах, на их лагерь в пустыне напали бедуины. Зачем напали? А они воруют рюкзаки. Зачем воруют? Ну не знаю,…

  • Красим стену в бело-голубой

    Этим летом Мусю призвали в армию. Ей предстояло окончить курс молодого бойца, затем — командирские курсы, и отправиться командовать такими же…

  • ...не поговорили

    Русалочка, конечно, оказалась та еще птица, Но никто почему-то не вспоминает про принца! Пора было остепениться будущему королю - и тут он влюбился…