Neivid (neivid) wrote,
Neivid
neivid

  • Mood:

Ни слова о белом медведе

Нет уж, хватит и без меня. Все пишут о снеге в Иерусалиме, все рассказывают о снеге в Иерусалиме, все говорят о снеге в Иерусалиме, только ленивый не пишет, не говорит и не рассказывает о снеге в Иерусалиме. Вот будем считать, что я этот ленивый и есть. С ума посходили. "Снег в Иерусалиме, снег в Иерусалиме, как же мы жили без снега в Иерусалиме, как же мы будем жить со снегом в Иерусалиме, все дороги перекрыты, все работы позабыты" - тоже мне, яблони в цвету. По-русски, между прочим, пишут. Ну, те, которые. Которые все. А раз по-русски - значит, выросли не здесь! Не в Иерусалиме! И снег видели не на рождественской открытке и не только в холодильнике. Я вот, например, в Москве какое-то время росла. Довольно некороткое, надо сказать, время. Так в Москве почему-то никто три зимних месяца подряд не прыгает с воплями "снег в Мосве, снег в Москве!!!". Ну ни один человек. Тем более в Магадане, например. А чем Иерусалим хуже, чем Магадан? Только не надо мне отвечать "чем Магадан". Ничем Иерусалим не хуже! Даже этот у нас бывает... ну, как его... ну, белый такой, с неба летит, на пьяных мух похож, только в профиль... А, неважно. Короче, и этот у нас тоже бывает. Регулярно бывает, можно сказать. День в 92 году, день в 96 году, день в 98 году - и можете отдыхать вместе с вашим Магаданом. Мы вот, например, отдыхаем. У нас - выходные дни, потому что (ни слова, договорились же - ни слова о) ээээээ нам так захотелось. Благословенна будь земля Израиля: у всего Иерусалима выходные дни потому, что нам так захотелось. А вот завтра нам, судя по всему, расхочется, и выходные дни кончатся. О, кажется уже расхотелось. Нет, еще не расхотелось. Сидим, глядим в окно на небо, и всем городом проверяем себя: расхотелось - не расхотелось. Пока вроде ничего. Сидим. Отдыхаем. Вместе с вашим Магаданом.

Я лично в окно на небо не смотрю - потому что договорились же. Но мне лично в это окно на это небо и смотреть нечего: в нашем маленьком подъерусалимном поселении ничего такого эдакого как не было, так и нет. Есть дождь под названием ливень, есть опять дождь, под названием сильный ливень, есть совсем уже дождь под названием вы что там, обалдели. Всё, больше ничего нет. Временами вообще сухо, между прочим. Я это по крыше слышу, что сухо. Как крышу не слышно - значит, сухо. Вот и все разнообразие.

А народ-то, народ. Мама от одной мысли, что я может быть собираюсь НЕ отменить рабочую встречу в Иерусалиме - маааааленькую такую встречечку, встречку такую на час всего - чуть инфаркт не получила прямо по телефону. Мама, говорю я ей, ты же выросла не в Беер-Шеве, ты же много лет прожила в таких погодных условиях, против которых нынешняя погода - вообще не погода, мама, как тебе не стыдно? Разве ты по четыре месяца в году не ходила на работу, мама? Не слышит. Гололёд, говорит, гололёд. Двадцать сантиметров (тсссс, я же обещала) гололёда. Вверх. Что именно там при этом вниз - и подумать страшно.

Фотографируют: я и ЭТО. Мой ребёнок и ЭТО. Моя собака и ЭТО же. Ты в Чите двадцать два года прожил, ты там часто фотографировался на фоне по купол белым заваленного центрального райкома партии? Экзотика, говоришь? Да какая же это экзотика, которая чуть ли не каждый год бывает? Вот разве что на работу не ходить, так на работу можно и просто так не пойти, вот и будет тебе экзотика. Если уж ты так редко на работу не ходишь.

Даже Диму зацепило. У него как раз вчера, когда всё это безобразие началось, был день рожденья. Он и радуется: представляешь, говорит, в кои-то веки в мой день рожденья - такое! Я говорю - ну какие же это кои-то веки, у тебя же день рождения в феврале, вот у Коллеги день рождения в июле, вот если бы на её день рождения - такое! Тогда да, тогда по крайней мере действительно редкость, хотя и противно от этого не меньше, в июле-то. А Дима отвечает - да ладно тебе, скажи уж честно, что завидно.

Оп, только я про это про всё написала - а тут у нас от переизбытка воды с неба электричество ёк! Компьютер - блысь! И погас. И всё стёрлось, написанное. Ну и ладно. Всё равно же решила, что я про ЭТО - ни слова. Все только про ЭТО, так зачем еще я. Пойду лучше в окошко посмотрю. Там никакого "этого" нет, там дождь лавиной с неба, красота-то какая. Темно, правда, и ничего не видно, зато слышно хорошо. Пойду послушаю. А писать ничего не буду, и говорить ничего не буду тоже. Да и о чём тут, собственно, говорить?
Subscribe

  • Расскажи сыну своему

    Время вокруг осенних еврейских праздников еще называют «ужасные дни». У этого есть глубокие философские причины, но, если использовать слово «ужас» в…

  • "Старые и новые сказки" в Хайфе

    И тут я сообразила, что в ЖЖ об этом еще ничего не писала... Я сделала новую программу, под названием "Старые и новые сказки", по-прежнему с…

  • Их бин геки́мен

    Мой папа, Яков Григорьевич Райхер, урожденный Спиридонов, родился на чердаке. Его родители Райхеры, урожденные Спиридоновы, многое потеряли в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments

  • Расскажи сыну своему

    Время вокруг осенних еврейских праздников еще называют «ужасные дни». У этого есть глубокие философские причины, но, если использовать слово «ужас» в…

  • "Старые и новые сказки" в Хайфе

    И тут я сообразила, что в ЖЖ об этом еще ничего не писала... Я сделала новую программу, под названием "Старые и новые сказки", по-прежнему с…

  • Их бин геки́мен

    Мой папа, Яков Григорьевич Райхер, урожденный Спиридонов, родился на чердаке. Его родители Райхеры, урожденные Спиридоновы, многое потеряли в…