Neivid (neivid) wrote,
Neivid
neivid

Аквариум

Москва - довольно большой город, Валя, и вряд ли Вы её встретите там, ту женщину.

К тому же, Валя, Вам не шестнадцать лет, Вы не влюблены, не собираетесь через месяц уехать в дальние страны навсегда, не поссорились навеки час назад и не рыдаете по этому поводу в метро. Если бы - шестнадцать, влюблены, собираетесь, поссорились и рыдаете - у Вас еще был бы шанс. А так нет.

Та, которая - шестнадцать, влюблена, собирается, поссорилась и рыдает - носит большую и модную на тот момент красную шляпу. Под шляпой она носит красный нос, весь от слёз. Над красным носом зелёные глаза, под цвет пальто. И неважно, Валя, что зелёное пальто не носят с красной шляпой. Шляпа большая и модная, а пальто - тёмное-зелёное, во-первых, и мамино, во-вторых. То есть другого нет, а это - есть, и шляпа тоже есть, и всё это очень модно, особенно шляпа, и плевать уже на пальто, потому что в такой шляпе можно вообще без пальто, но вообще без пальто нельзя, потому что зима и метро. И едет эта шляпа себе в метро, и там же в метро рыдает, потому что не рыдать не получается никак. Такая вот красная шляпочка в зелёном пальто. Близорукая при этом, как рыба в аквариуме, потому что очки в шестнадцать лет - это фу и бе, а видеть необязательно, особенно в метро, тем более от слёз.

И вот плывёт эта рыба, эта шляпа, по вагону, и шатается от горя, и если бы ей в тот момент сказали "умри", то она бы умерла, не заметив, ибо жизнь уже всё равно кончена. Не любит, это ясно, не любит, во-первых, не любит, во-вторых, и не любит, в-третьих. Фу и бе. Умри, красная шляпочка. Умри - от горя, от слёз, от несправедливости (ведь это несправедливо - такую вот, замечательную, большеглазую, несчастную рыбу в зелёном пальто не любить!), а еще - от одиночества, потому что куда бы ни поехать в этом вашем метро, поговорить всё равно не с кем. Не поймут. Еще бы, им ведь не шестнадцать, они не влюблены, они не собираются уехать, они не поссорились и не рыдают. Как им понять? Никак.

И тут - голос над ухом:
- Ну и что мы с тобой будем делать?

Шляпа не видит, кто говорит, она и так-то близорука, а еще от слёз (неудобно, неудобно-то как! такие рыдания! в метро! а, плевать, всё равно...), она смотрит в пол и бурчит "ыыы". То есть она ничего не бурчит, она всхлипывает так, чтобы было не очень слышно, а если так всхлипывать, то получается "ыыы".

- А ну-ка садись сюда! Молодой человек, уступите ей место! - командует голос, и шляпа оказывается на сиденье рядом с ней. Рядом с той женщиной.

- Ты почему плачешь? - требовательно спрашивает женщина у рыбы в шляпе.
Хлюп, отвечает рыба. Хляп. Всхлип. Всхляп. Хрю.
- Ясно, - серьезно кивает та женщина. - Поссорились, да?
Плак, качается шляпочка.
- Бывает, - вздыхает женщина. - Но как же ты, такая красивая, так убиваешься? Поссорились, бывает, так что теперь?
Рыыд, заливается рыба близорукими глазами. Рыыыыыд.
- Он тебя обидел? - догадывается та женщина. - Он обидел, потому что дурак? Он тебя, такую красивую, обидел? Точно дурак.
Хо... хо... хоро... шшшшш... ййййй, качается шляпочка.
- Хороший дурак, говоришь? - понимает женщина. - Такое тоже случается. И дураки бывают хорошими. А по каждому хорошему дураку убиваться - убивалка сломается.

Шляпочка смотрит в пол. Кажется, её убивалка сломалась уже давно. Не то что бы это что-то меняло.

- Ты вот что сделай, - говорит та женщина. - Ты приди домой, разденься, подойди к зеркалу и посмотри на себя хорошенько. Разгляди, какая ты красивая. Скажи "я же такая красивая, зачем же мне по нему плакать?". Полюбуйся. Ты еще долго красивой будешь. Ты всю жизнь красивой будешь. А он что. Дурак и есть дурак.

Шляпочка, конечно, вся в своих слезах, но ей шестнадцать лет. Ей шестнадцать лет и ни один человек пока что не говорил ей, что она красива. Что мила, что симпатична, что "ничего" - говорили, хотя нечасто (а нос? а очки? а без очков она ничего не видит и щурится, это же ужасно - так щуриться, а в очках - еще хуже, кошмар, а не очки), а вот что красива - никогда. Она знает, что красивой её можно назвать разве что от большой любви, ну или из жалости, но неужели этой незнакомой женщине её настолько жалко? Шляпочка слушает и хлюпает носом. Ей надо высморкаться, но неудобно, к тому же у неё насквозь мокрый носовой платок и с него капает, и вынимать из кармана его нельзя - но та женщина подает ей откуда-то чистый носовой платок, и чуть ли не сама вытирает шляпочке им лицо, и шляпочка благодарно сморкается (Боже, какое облегчение! хлюп!), и дальше молчит уже не придавленно, а удивлённо.
- Ты пойди домой, пойди - говорит та женщина. - Ты пойди и посмотри в зеркало. И поймёшь.
Это из-за шляпы, понимает заплаканная близорукая рыба. Все согласны, что шляпа мне идёт. Она думает, что я красивая, потому, что я в шляпе. Я ей не скажу, что без шляпы у меня нос и очки. Я ей ничего не скажу. Пусть думает, что хочет, решает шляпочка и готовится продолжать рыдать, но рыдать уже как-то сложнее. Уже проще привалиться к плечу той женщины, которую она так и не видит, потому что боится поднять глаза, к тому же - она без очков вообще мало что видит, тем более от слёз, ей и не надо ничего видеть, она просто приваливается к плечу той женщины и почему-то засыпает. Намертво, без снов. Как выключили.

Где она проснулась? Да неважно, Валя, какая разница - ну проснулась где-то, ну вышла как-то, ну пошла домой, дело же не в этом. Вот Вы говорите - встретить ту женщину, пусть она и Вас вылечит - но Валя, Вам же не шестнадцать лет! И у Вас нет очков, которые Вы не носите, потому что стесняетесь, и красной шляпы у Вас тоже нет. У Вас гладко причесанная голова, и чувство ответственности, и чувство приличия, да, Вы бы ни за что не стали рыдать в метро и снимать очки при сильной близорукости, и плыть без очков по улицам, как рыба в аквариуме, тараща туманные незрячие глаза и покачивая красной шляпой, Вы бы никак не стали.

Я понимаю, Валя, Вам тоже плохо. Я Вас честно понимаю. Но специально ехать плакать в московское метро, пожалуй, все равно не стоит.

Москва - довольно большой город, и вряд ли Вы её встретите там, ту женщину.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • 22.03.2021

    Когда Муся еще была на командирских курсах, на их лагерь в пустыне напали бедуины. Зачем напали? А они воруют рюкзаки. Зачем воруют? Ну не знаю,…

  • Красим стену в бело-голубой

    Этим летом Мусю призвали в армию. Ей предстояло окончить курс молодого бойца, затем — командирские курсы, и отправиться командовать такими же…

  • ...не поговорили

    Русалочка, конечно, оказалась та еще птица, Но никто почему-то не вспоминает про принца! Пора было остепениться будущему королю - и тут он влюбился…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments

Recent Posts from This Journal

  • 22.03.2021

    Когда Муся еще была на командирских курсах, на их лагерь в пустыне напали бедуины. Зачем напали? А они воруют рюкзаки. Зачем воруют? Ну не знаю,…

  • Красим стену в бело-голубой

    Этим летом Мусю призвали в армию. Ей предстояло окончить курс молодого бойца, затем — командирские курсы, и отправиться командовать такими же…

  • ...не поговорили

    Русалочка, конечно, оказалась та еще птица, Но никто почему-то не вспоминает про принца! Пора было остепениться будущему королю - и тут он влюбился…